Духовная семинария (ул.Пушкина, 1).

Источник: «Облик старого Ставрополя» Г. А. Беликов, С.Н. Савенко 2007 г.

Устройство в Ставрополе первой на Северном Кавказе духовной семинарии нераз­рывно связано с именем первого епископа Кавказского и Черноморского Иеремии.

В Кавказской области, «столицей» которой был Ставрополь и где насчитывалось к началу 40-х годов XIX столетия около 130 действующих церквей и 180 приютов, ощущалась острая необходимость в собственном церковно-административном цент­ре. Первого января 1843 года Кавказская и Черноморская епархия была создана, и ее епископом был назначен Иеремия. Вступив в управление епархией, Преосвященный Иеремия нашел свою паству не в лучшем духовном состоянии. Среди населения широко распространялись учения раскольников и сектантов, со стороны же необразо­ванного духовенства особенного религиозно-нравственного противодействия этому оказываемо не было.

Считая открытие семинарии в Кавказской епархии делом самой настоятельной необходимости, Владыка Иеремия в декабре 1843 года, спустя 8 месяцев после своего прибытия в Ставрополь, посылает пространную докладную записку по этому поводу в Святейший Синод. В ней Преосвященный указывает на отдаленность ближайших к Кавказской епархии семинарий (Воронеж, Астрахань, Екатеринослав) и на необхо­димость подготовки собственных миссионерских кадров, в том числе и из предста­вителей коренных народностей края, как для проповеди православия среди местных народов, так и для противодействия сектантам и раскольникам.

Но прошел весь 1844 год, а никаких распоряжений Священным Синодом и обер-прокурором Протасовым по поводу этого доклада сделано не было. Владыка Иеремия вынужден был обратиться за содействием к гражданским властям. По его просьбе начальник Кавказской области генерал-лейтенант Гурко в январе 1845 г. по­сылает обер-прокурору Священного Синода ходатайство о скорейшем открытии се­минарии. В нем он пишет: «...необходимо учредить в Ставрополе семинарию. На ней должно лежать образование юношества и приготовление достойных пастырей, без которых церковь обойтись не может. Преосвященный Кавказский и Черноморский вошел о сем в Святейший Правительственный Синод с представлением, но разреше­ния не получил».

Казалось, с ходатайством гражданской власти можно было уже рассчитывать на скорейшее решение вопроса в пользу открытая семинарии. Однако события стали развиваться совсем иначе. Преосвященного Иеремию ожидало сильное огорчение. В июле 1845 года от Кавказской епархии были отделены все церкви Линейного ка­зачьего войска (более 100 приходов) и переданы в ведение обер-священника отде­льного Кавказского корпуса. Семинария же, по замыслу епископа Иеремии, главным образом нужна была для того, чтобы подготовить духовенство именно в станицы Линейного казачьего войска, среди которого раскол и сектантство были особенно распространены. Отделением церквей сокращались также более чем наполовину и денежные средства, которые предполагалось употребить на устройство семинарии.

Преосвященному, казалось, негде было искать поддержки. Неожиданно помощь пришла со стороны наместника Кавказского князя М.С. Воронцова. В 1845 году, бу­дучи в Ставрополе проездом, он выразил Преосвященному Иеремии сочувствие и желание помочь в деле открытия семинарии. Незадолго до этого об открытии на Северном Кавказе семинарии перед князем ходатайствовал экзарх Грузии Преосвя­щенный Исидор.

Желая ускорить решение вопроса, Владыка Иеремия от лица «неизвестного пок­ровителя» жертвует более 10000 рублей в пользу строительства будущей семинарии, о чем уведомляет обер-прокурора Священного Синода графа Протасова в письме от 26 февраля 1846 года. Составляя его, Преосвященный не подозревал, что вопрос об открытии семинарии уже был решен положительно в Петербурге.

В марте 1846 года в Ставрополе была получена из Святейшего Синода предвари­тельная резолюция. А спустя 4 месяца — 20 июля 1846 года — постановление Святей­шего Синода об открытии в Ставрополе семинарии было высочайше утверждено. В резолюции говорилось: «По всеподданнейшему вследствие сего докладу моему (т.е. обер-прокурора Святейшего Синода графа И А. Протасова) Государь Император по­велел соизволить: 1. Учредить в Кавказской епархии семинарию на основании училищ­ного устава, открыть ее в городе Ставрополе с началом наступающего года и на первый раз образовать одно низшее отделение ея, с назначением в состав оного учеников, удос­тоенных перевода в семинарию из уездных училищ Ставрополя и Моздока, а также и Астрахани, в которой доселе обучались ученики, принадлежавшие по рождению к Кавказской епархии; 2. Вновь учрежденной семинарии именоваться Кавказской и за- ведоваться окружной Казанской духовной академией...» Рекомендовано было открыть класс иконописи. План обучения составить подобно планам других семинарий и ввести преподавание местных языков: осетинского, татарского, калмыцкого.

Резолюцией Священного Синода от 23 августа 1846 года ректором семинарии был определен инспектор Казанской духовной академии, профессор богословия ар­химандрит Серафим. На должность инспектора был определен иеромонах Герасим, магистр богословия.

В сентябре 1846 года святитель Филарет, митрополит Московский, направил письмо епископу Иеремии, в котором выразил горячую поддержку его начинаниям. Официальное открытие Кавказской семинарии состоялось 13 ноября, в день памяти святителя Иоанна Златоуста. В приветственном слове Владыка Иеремия сказал, что в святителе Иоанне Златоусте будущие воспитанники семинарии «должны видеть идеал пастыря церкви. В нем предуказана цель, к достижению которой должны быть устремлены все их силы».

Первым зданием, в котором размещалась семинария, был дом городского головы, купца И.Г. Ганиловского. Он сохранился до наших дней, ныне — вечерняя школа-ли- цей (пр. К. Маркса, 46). Он считался одним из самых «поместительнейших» в городе и,    что явилось немаловажным для Владыки Иеремии, находился рядом с кафедраль­ным Троицким собором.

Размещаясь в купеческом доме, семинария своего храма не имела. И потому по благословению Преосвященного Иеремии храмом для обязательного посещения семинаристов был определен Троицкий собор. Владыка Иеремия настаивал на не­обходимости постоянного, деятельного их участия в богослужении: чтения, пения, прислуживания в алтаре.

Ректор семинарии архимандрит Серафим нанял под семинарию еще два двух­этажных каменных дома, принадлежавших священнику Дмитрию Гремяченскому и статскому советнику Петру Пышненко. В первом устроил дополнительные учебные классы, а во втором — спальни для семинаристов и квартиры преподавателей сло­весности — И. Гвоздева, латинского и татарского языков — Г. Соколова. Для учителей греческого, немецкого, французского языков, всеобщей истории, Святого Писания, риторики, православного исповедания и др. пришлось снимать частные квартиры.

В первый год существования Кавказской духовной семинарии в ней было пять наставников: ректор, инспектор и три преподавателя. В семинарии обучалось 55 уча­щихся. В основу организации учебного процесса Преосвященным Иеремией решено было положить опыт Тифлисской семинарии. На низшем отделении преподавались ледующие учебные дисциплины: Пасхалия, История церкви, Библейская история, Литургика, Катехизис, геометрия, алгебра, риторика, поэзия, греческий, латинский и немецкий языки, факультативно — местные языки (калмыцкий, татарский, осе­тинский). На низшем отделении (как впоследствии и на двух других — среднем и высшем) обучение составляло двухгодичный курс. Учебным планом предполагалось шесть учебных дней в неделю (по четыре урока в день). Воспитанникам вменялось в обязанность посещение воскресных и праздничных богослужений.

Резолюцией Священного Синода от 4 июля 1847 года в семинарии был открыт класс иконописи. В июне следующего года правление семинарии обратилось в Синод с просьбой об открытии среднего и высшего отделений, на что последовала положи­тельная резолюция от 2 июля 1848 года. В 1850 году семинария произвела свой пер­вый выпуск.

Хотя Кавказская семинария была открыта главным образом для удовлетворения местных церковных нужд, здесь получали образование выходцы из Закавказья и с Се­верного Кавказа: грузины, осетины, абхазцы, калмыки, адыги и другие. Так Кавказс­кая духовная школа служила делу утверждения православия, христианской культуры и нравственности в этом сложном во многих отношениях регионе России.

Согласно ведомостям 1868 года в семинарии обучалось 173 воспитанника: на низшем отделении — 48, на среднем — 53, на высшем — 42. Помещений же катаст­рофически не хватало. В результате часть учащихся проживала на частных квартирах, что отрицательно сказывалось на воспитательном процессе, так как следить за пове­дением семинаристов, проживавших за пределами духовной школы, было практи­чески невозможно. перемещением семинарии на Воробьевку в дом Крутицкого бытовые условия учащихся заметно улучшились. К семинарским постройкам вплотную примыкали сады, смежные с лесом Архиерейской дачи. Совсем рядом находились архиерейский дом и Крестовая Андреевская церковь. Святитель Игнатий Брянчанинов, занимав­ший в то время архиерейскую кафедру, особенно ратовал за то, чтобы семинария находилась недалеко от архиерейского дома и Крестовой архиерейской церкви, дабы воспитанники духовной школы, присутствуя на архиерейских службах, находясь под непосредственным присмотром и заботливым вниманием своего архипастыря, полу­чали в итоге правильное направление духовной жизни.

В одном из приусадебных помещений дома Крутицкого размещалась семинарс­кая библиотека. В самом здании, на верхнем этаже, в центральном большом зале, был устроен семинарский храм, престол которого был освящен во имя святителя Димит­рия Ростовского.

Между тем еще по плану 1833 года, составленному архитектором Гайворонским, для Ставропольской духовной семинарии, уже тогда планируемой, было отведено место на западной стороне огромной Соборной площади (сегодня — площадь Лени­на). Но потребовались долгие десятилетия, прежде чем Священный Синод утвердил проект собственного здания духовной семинарии, подготовленный архитектором Федором Кузьмичом Прозоровским в 1878 году. Ставропольскому ученому-краеве- ду В.Г. Гниловскому удалось обнарркить и сделать копии поэтажных планов и дру­гих чертежей из этого проекта. Данные важные документы хранятся сейчас в фон­дах Ставропольского государственного музея-заповедника им. Г.Н. Прозрителева и Г.К. Праве.

июля 1880 года после Божественной литургии в Андреевской церкви Преос­вященным Германом была торжественно совершена закладка первого камня здания семинарии. Здание стоимостью в 350 тысяч рублей серебром возводилось строитель­ным подрядчиком Тимофеем Ларионовым из местного камня-ракушечника на из­вестковом растворе. По фасаду длина трехэтажного строения составляла 42 сажени, ширина — от 10 до 27 саженей. В сентябре 1883 года комплекс духовной семинарии вступил в строй.

На первом этаже здания находились ректорские покои, трапезная, актовый зал. На втором этаже — классы, покои инспектора и хозяйственный склад. На третьем

класс церковного пения, спальни, рассчитанные на 125 учащихся, и комнаты не­скольких наставников. Центральную часть второго и верхнего этажей здания зани­мал семинарский храм на 300 человек.

Духовные наставники семинарии в большинстве своем были известны и своими научными работами. Дмитрий Петрович Афанасьев, например, был автором двух из­вестных в России монографий — «Жизнь и труды святого пророка Иеремии», «Жизнь и труды святого пророка Исайи». НА. Цареградский являлся автором «Историко­статистического обзора духовных учебных заведений Северного Кавказа».

В 1897 году Ставропольская семинария отмечала 50-летие со дня основания. На торжества прибыли генерал-губернатор Н.Е. Никифораки, губернский предводитель дворянства генерал-майор П. Мачканин, директор народных училищ М. Краснов. Гости, преподаватели и воспитанники во второй день присутствовали на Божественной литургии в семинарской церкви во имя Св. Димитрия Чудотворца, где «архипастырь Агафадор совершил благодарственное Господу молебствие, на которое вышли 46 свя­щеннослужителей».

Актовый зал семинарии был украшен портретами Николая I, при котором со­вершилось открытие семинарии, Александра III и Николая II. Все стены задрапиро­ваны шелковыми лентами с роскошными бантами национальных цветов, флагами и искусственными цветами, сделанными воспитанницами епархиального женского училища. В своем приветственном выступлении Преосвященный Агафадор сказал о семинарии: «Да, она поистине была питомником духовного просвещения и рассадни­ком веры и благочестия. Но не одни пастыри и служители церкви выходили отсюда. Ставропольская семинария немало дала наставников юношества, народных учителей и других деятелей на разных поприщах гражданских...»

Пережив революцию и Гражданскую войну, Ставропольская духовная семинария была закрыта местными властями в марте 1920 года. И лишь в 1946 году стараниями митрополита Антония (Романовского) возродилась вновь при Крестовоздвиженской церкви. Из стен семинарии вышли будущий епископ Краснодарский и Кубанский Гермоген, архиепископ Ставропольский и Бакинский Антоний (Завгородний), мит­рополит Ставропольский и Бакинский Гедеон, доктор богословия, профессор, про­тоиерей Иоанн Белевцев, крупный деятель грузинской церкви, протопресвитер Ми­хаил Диденко и другие. Но рке в 1961 году над семинарией вновь начали сгущаться атеистические тучи, приведшие к закрытию неугодного учебного заведения.

И только в 1989 году, сразу после празднования 1000-летия крещения Руси, ар­хиепископу Антонию удается открыть в Ставрополе духовное училище, позже пре­образованное в духовную семинарию. Во вновь выстроенном здании была устроена домовая церковь, освященная в честь Святителя Игнатия Брянчанинова — епископа Кавказского и Черноморского.

Сегодня Ставропольская духовная семинария по-прежнему остается единс­твенным православным духовным учебным заведением Юга России. Воспитанники семинарии в большинстве своем несут пастырское послушание в приходах Ставро­польской, Краснодарской, Ростовской, Майкопской, Элистинской и других епархий. Некоторые выпускники обучаются затем в высших учебных заведениях России и за­рубежья. При семинарии действуют катехизаторские курсы и воскресная школа.